Центральная межпоселенческая библиотека
Кировского района Ленинградской области
Кировского района Ленинградской области
Объекты культурного наследия
муниципального образования Назиевское городское поселение
Двухарочный мост через р. Лава («Большой итальянский»)
Архитектор Д. И. Висконти. д. Васильково
(фото из интернета)
По реке Лава с 1618 по 1702 год проходила граница России и Швеции. Приблизительно в то время на ней был построен каменный арочный мост — итальянский мостик, называемый в народе «Висконти мост». Его построил в 1825 г. известный архитектор Д.И. Висконти. По этому мосту проходила граница между шведским государством и великим Московским княжеством (согласно мирному договору 1617 г.).
Когда-то именно по этому мосту шла дорога через реку Лава. Сохранились куски булыжной мостовой, ведущие к мосту. Мост настолько прочен и так хорошо сохранился, что до сих пор местные жители продолжают перебираться через него несмотря на то, что проезд давно уже закрыт. Построен он из пород того самого каньона, через реку которого он перекинут.
Река Лава — уникальный памятник природы. Она берет начало в торфяных болотах Назии. Поэтому вода — темно-бурая. Ее длина 51 км, впадает в Ладожское озеро. В верховье — она течет в очень мелкой долине, а через 35 км берега ее превращаются в красивый, глубоко врезанный каньон, сравнимый с большим каньоном в Америке.
(фото из интернета)
Одноарочный мост через р.Тящевка
(«Малый итальянский»)
Архитектор Д. И. Висконти.
д. Сирокасска
(фото из интернета)
Храм Успения Пресвятой Богородицы
Архитектор — Г.И. Карпов.
д. Лукинское
(фото из интернета)
В Лукинском стояла небольшая деревянная на каменном фундаменте Успенская церковь, выстроенная в 1738 году Ф. И. Арцыбашевым. Вокруг неё было кладбище с оградой из Путиловской плиты. В 1838 году храм обновили — пристроили к нему стоявшею раньше отдельно колокольню, а в 1866 году его покрыли железом. Церковь имела два престола: в холодной части - Успения, в тёплой — великомученицы Екатерины.
К концу 19 века деревянная церковь настолько обветшала, что в 1882 году помещица М. Т. Арцыбашева на собственные средства решила возвести в Лукинском новую. Проект нового храма во имя Успения Пресвятой Богородицы выполнил губернский епархиальный архитектор гражданский инженер Г. Карпов. В 1882–1886 годах велось активное строительство новой церкви, причем по совету архитектора главное внимание уделяли прочности фундамента. Потом завершали внутреннюю отделку — украсили стены и арки затейливыми травными орнаментами, на деревянном своде написали восемь изображений святых.
Стены церкви неоштукатуренные и сложены из отборного кирпича, доставленного с невских кирпичных заводов Стратанова, Поршнева, Туполева. Теоретики архитектуры в то время полагали, что «строение с кирпичной облицовкой имеет в нашем климате большую прочность — и возводится в гораздо меньший срок». Этот прием, характерный для промышленной архитектуры, получил распространение и в культовой архитектуре.
Сделанные из фигурного кирпича кокошники, колонки, наличники окон придали лукинской церкви нарядный вид. Она имеет шатровую колокольню, а над центральной частью находилось декоративное пятиглавие. Храм построен в «русском стиле», развившемся на широкой демократической основе в 1860–1880-е годы, с использованием традиций московско-ярославского зодчества XVI–XVII веках.
Храм был освящён в 1892 году. Церковь была закрыта в 1940 г. Ныне передана верующим, медленно восстанавливается.
Церковь во имя Святой Троицы
Архитектор — Д. И. Висконти
д. Васильково
(фото из интернета)
Храм был построен на месте одноименной деревянной церкви, сооруженной в 1721 году князем Григорием Ефимовичем Мышецким и перестроенной в 1770¬1780 годах его сыновьями Петром и Михаилом. А еще раньше, с 1629 года, здесь стояла часовня «Столб образам святых», представлявшая собой деревянный крест под двускатной крышей, на которой висел образок.
Троицкая церковь, заложенная здесь в 1825 году, строилась в 1828-1833 годах по проекту известного архитектора Д.И. Висконти. Вблизи церкви по его же проекту через реку Лава был построен двухарочный мост, напоминающий, как уже говорилось выше, древние римские мосты. Строительным материалом послужила путиловская плита, которая добывалась недалеко от села Путилово (ее выработка продолжается и сегодня).
«Церковь села Василькова находится от г. Санкт-Петербурга в 90 верстах, от Новой Ладоги в 60 верстах и от почтовой станции в деревне Шальдихе в 10 верстах, на Староладожской шоссейной дороге при реке Лаве, которая отделяет Шлиссельбургский уезд от Ладожского, и впадает в Ладожское озеро при деревне Лаве в 7 верстах от Василькова, – сообщалось в “Историко-статистических сведениях о Санкт-Петербургской епархии” (1884¬1885). – Настоящая церковь, каменная, во имя Св. Троицы, построена в 1833 году помещиком Павлом Ивановичем Сахаровым, на сборную сумму, по плану архитектора Висконти, и под наблюдением благочинного, местного священника Александра Белявина. Освящена протоиереем Новоладожского собора Михаилом Грузинским 26 августа того же 1833 года».
Среди гостей на освящении храма был академик архитектуры и профессор Санкт-Петербургской Академии художеств К. А. Тон, приехавший по приглашению мужа дочери Сахарова Елизаветы – А. И. Крутова, инспектора классов Академии художеств.
Супруги Крутовы с 1830 года являлись новыми владельцами усадьбы. Летом 1833 года в имение Крутова приехал воспитанник Академии пейзажист М.И. Лебедев, чтобы выполнить программу к конкурсу на Большую золотую медаль. Созданная им на берегах Лавы картина (ныне она находится в Русском музее) принесла автору успех. В этих же краях художник создал и другие картины и рисунки. Как отмечают исследователи, картина с видом села Васильково, которая находится ныне в Третьяковской галерее, заслужила восторженные отзывы современников.
Как сообщалось далее в «Историко-статистических сведениях», Александр Белявин 34 года состоял благочинным. В сане протоиерея 23 января 1879 года, по преклонности лет (92 года), он вышел за штат. «Белявин живет при сей церкви, получая 130 руб. в год пенсии. По прошению его в 1842 году перемещен сюда зять его – Озерской Покровской церкви, Гдовского уезда священник Игнатий Вознесенский. Церковь, имея до 250 руб. в год дохода, едва в состоянии приобретать на эту сумму необходимые для богослужения предметы. В крайней нужде помогает церкви единственный наследник прежних помещиков тайный советник Андрей Феодорович Зубарев. Прихожане же едва могут нанять сторожа и отапливать церковь.
Для помещения причта имеются, приобретенные на церковный счет, три деревянные дома, подобные крестьянским избам; в одном живет заштатный протоиерей, в другом священник и в третьем – псаломщик. Доходы причта, от 245 душ муж. пола бедных прихожан, ничтожны (225 р. в год). От казны священник получает 235 р. 20 к. и псаломщик 78 р. 40 коп. в год, и имеют земли пахотной 12 дес., сенокосной 13, и до 5 дес., болотной под мелким кустарником».
В 1882 году, на средства П.И. Сахарова, пожертвования прочих помещиков и доброхотных деятелей в Васильково началось возведение новой каменной церкви св. Живоначальной Троицы.
Проект здания церкви, исполненный академиком архитектуры Д.И. Висконти, в декабре 1827-го года был утвержден в Строительном комитете Министерства внутренних дел. Храм сооружали сами прихожане под наблюдением благочинного, местного священника о. А.Н. Белявина.
Освятил каменную Свято-Троицкую церковь 26 августа 1833 года протоирей новоладожского собора о. М. Грузинский. Свод купола храма внутри был голубого цвета, с золотыми звездами.
От Троицкой церкви, построенной в первой трети XIX века, остались только руины. В самом храме были захоронены его строители:
Дом, где в середине Х1Х в. жил известный русский революционер-публицист Шелгунов Н.В.:
(с прилегающей частью старого парка площадью 0,75 га)
Ленинградская область, Кировский муниципальный район, Назиевское городское поселение,
д. Подолье, литер А
«Площадь усадьбы составляет 4 га. До начала ХIX века деревня Подол со стеклянным заводом и плитными ломками находилось в казённом ведении. В 1813 году имение приобрела Мария Карловна Полторацкая и устроила на берегу Лавы небольшую усадьбу с деревянными строениями. Сначала имение унаследовал её сын коллежский асессор Александр Александрович Полторацкий, а 1838 году его вдова Анна Александровна, вышедшая в 1844 году замуж за писателя Константина Петровича Массальского. В. Белинский отмечал ум и прекрасный стиль изложения в его романах и повестях на тему русской истории XVII-XVIII веков: «Стрельцы», «Регенство Бирона», «Русский Икар», «Осада Углича», «На ледяных горах», «Граница 1616 года», «Чёрный ящик» и другие. Десять лет. С 1842 по 1852 годы, Массальский был главным редактором журнала «Сын Отечества», достиг чина действительного статского советника.
Почти сразу же после женитьбы Константин Петрович заложил имение чиновнику Министерства внутренних дел статскому советнику Петру Ивановичу Михаэлису. Его дочь Людмила вспоминала: «Когда отец вернулся из Перми, Массальский заложил ему имение жены в Шлиссельбургском уезде, и мы поехали в свою будущую деревню в 1844 году. Мы ехали между громадными соснами, распространявшими густой смолистый запах. Маленькая деревенька с довольно хорошими избами, крытыми соломой. Обитатели деревни Подол никогда не видели гостей. Дома – барские хоромы, так называемые, деревянные, пустые, в них никто не жил. С того лета мы постоянно жили летом в деревне по три-четыре месяца. Деревня впоследствии досталась отцу. Отец был строгий, суровый немец». В 1854 году, за долги имение перешло к Михаэлису. Он завещал Подол в пожизненное владение жене Евгении Егоровне, а после её смерти в равных долях всем детям. Наибольшую известность из них получила Людмила Петровна, вышедшая замуж в 1850 году за Николая Васильевича Шелгунова.
Окончив Лесной институт, Шелгунов работал таксатором, наблюдал народную жизнь в деревнях, затем преподавал в Лисинском учебном лесничестве. Одновременно он печатался в журналах «Современник» и «Русское слово», познакомился с Н.Г. Чернышевским, М.Л. Михайловым, А.И. Герценом, Н.П. Огарёвым, стал их последователем. За свои статьи и прокламации был сослан в Вологду, откуда он просил Людмилу Петровну похлопотать о том, чтобы ему разрешили жить в Подоле. Но его отправили сначала в Новгород, потом в Выборг.
Людмила Петровна сама была писательницей, переводчицей и постоянной посетительницей литературных вечеров у жены архитектора Марии Федоровны Штакеншнейдер, где часто говорили и о политике. В альбоме, подаренном ей в 1855 году, Людмила Петровна собрала автографы и стихи А. Майкова, Я. Полонского, В. Бенедиктова, Л. Мея, Н. Гербеля, Н. Некрасова, А. Плещеева, В. Курочкина, Н. Добролюбова.
После смерти Евгении Егоровны сначала совладельцами Подола были Николай Петрович Михаэлис и его сёстры: незамужняя Евгения, Любовь Петровна Шелгунова и Мария Петровна Богданович. С 1900 года по определению окружного суда Подол унаследовали дети Николая Петровича и сын Шелгуновых Николай Николаевич. Они и были последними владельцами Подола, отмеченного именами деятелей русской культуры.
По сведениям 1896 года усадьба Подол занимала всего полторы десятины, при ней были плитные ломки, её строения стояли у края уступа, от которого каменная лестница вела к пруду, липовая аллея отделяла господский двор от садово-огородного хозяйства. В саду было много декоративных кустарников сирени, акации, калины, шиповника. До недавнего времени сохранялся ветхий господский дом, птичник, отрезок старинной липовой аллеи, декоративные кустарники, отдельные старые клёны, берёзы, ели, а на поляне около дома высадили группу молодых лиственниц и на западе ряд дубов. С уступа открываются виды на обширный сыроватый луг, но скоро всё может исчезнуть
под напором дачного строительства».
Лавуйская застава
Пограничная застава новгородского (Московского) государства
Укрепление на Лаве, неизвестное в XVI в. и в период существования новгородско-шведского политического альянса, возникает, по всей вероятности, вскоре после проведения новой русско-шведской границы в 1618 г. Князь Ф.Борятинский, отправленный в Стокгольм в 1617 г., договорился, чтобы «…съехатца б государевым послом и свийским на реке на Лавуе, среди мосту, на прямом рубеже…». В годы потепления московско-шведских отношений, река Лавуя фигурирует как место взаимного размена перебежчиков.
Собственно Лавуйская застава упоминается с осени 1629 года.
Переломным моментом для истории Городка на Лаве становится русско-шведская война 1656-1659 годов. Одним из первых приказов московского правительства в 1656 г. был снять заставы и ласково принимать перебежчиков.
Уже в 1659 г. Лавуйская застава вновь превращается в место размена пленных. Именно туда приходят шведы, предъявлявшие московской стороне претензии по поводу перебежчиков. Согласно инструкциям, данным шведским пограничным офицерам, при проведении переговоров они обязаны послать впереди себя барабанщика с известием о визите, лишь затем являться в острог самостоятельно и "изустьно повторити, и как ево допустят, и ему сказати, что их люди приходили за рубеж, и за пятнатцать верст от Канец, деревню Дудерова выжгли и выграбили, и много людей посекли, и многих людей и робят в полон взяли и вывели и те места вконец разорили".
В 1662 г. лавуйскому острожному голове было приказано эвакуировать перенесенные за рубеж (т.е. за реку Лаву) укрепления. В конце октября 1662 г. голова Фома Неплюев писал с заставы, что находящийся на шведской стороне р. Лавы "острожек и государевых служилых людей, которые поставлены были в острожке свел, и пушечные и хлебные всякие запасы перевез на государеву сторону в острожек октября в 17 день и о том к великому государю к Москве против его отписки писано в Посолской приказ с пушкарем з Демкою Остратовым октября в 28 день". После Валиесарского перемирия на р. Лаве острожные головы останавливали и досматривали грузы, двигавшиеся по дороге.
После войны 1650-х годов заселяется округа Лавуйского острога, причем, в значительной части, за счет приема перебежчиков местными помещиками, которые уже не боялись селить новых крестьян непосредственно близ границы. Крестьян принимал и Лавуйский голова («комендант Фома Иванович» - по всей вероятности, Неплюев) и другие помещики (шведы называли «князя Савелия Федоровича» <Мышецкого> и «байора Василия Кондратьевича» <Овцына>). Последний в 1686 г. был головой Лавуйской заставы.
К началу Северной войны Лавуйский острожек - звено в цепи русских пограничных укреплений с постоянным гарнизоном ладожских стрельцов.
В начале Северной войны войска Апраксина прорывают русско-шведскую границу и острожек на Лаве забрасывается. После взятия Нотебурга и Ниеншанца граница отодвигается далеко на запад и потребность в укреплениях на Лаве отпадает.
Библиография:
По материалам: https://ladogamuseum.ru/litera/selin/pub13/
Во время посещения сайта МКУК «ЦМБ» вы соглашаетесь с тем, что мы обрабатываем ваши персональные данные с использованием метрических программ. Подробнее.